положили его на арбу. Один из гостей взял ружье покойника, сдул с полки порох и положил его подле тела. Волы тронулись. Гости поехали следом. Тело должно было быть похоронено в горах, верстах в тридцати от аула». Поучительно сравнить это скупое и сдержанное описание со стихами «Тазита», где дана та же картина, но обогащенная множеством живых, конкретных, эмоционально насыщенных поэтических деталей (унылая песнь муллы, мятущиеся кони, отец покойника между женщинами, два узденя, несущие бурку, огнистый закат и многое другое). «К сожалению, никто не мог объяснить мне сих обрядов», — заканчивает Пушкин свое описание в «Путешествии в Арзрум». В поэме он нашел сам прекрасное поэтическое и вполне убедительное их объяснение.

С. М. Бонди